Немного о происхождении германцев

Выдержка из пособия "История Германии" (Бонвеч Б., Галактионов Ю.В., 2008, Том 1):

Основные сведения о германском этногенезе дает античная нарративная традиция I в. до н. э. — I в. н. э. Первое упоминание о германцах — краткий фрагмент философа Посидония из Массилии (ок. 135-50 гг. до н. э.). Сравнивая пищу кельтов, вполне нормальную с его точки зрения, Посидоний отмечает: «Германцы употребляют в пищу жареное ломтями мясо и при этом пьют молоко и неразбавленное вино». Хотя никаких сведений о локализации германцев Посидоний не приводит, специалисты считают, что он описывал какое-то южногалльское (кельтское) племя. Страбон (ок. 64 г. до н. э. — ок. 20 г. н. э.), активно использовавший данные Посидония в своей «Географии», указывает, что на востоке, за Рейном, живут германцы, отличающиеся от кельтов не столько нравом и образом жизни, сколько большей дикостью, высоким ростом, более светлым цветом волос. Поэтому, замечает античный географ, римляне назвали их «германцами», как бы желая указать, что это «истинные» галлы. Ведь слово germani на языке римлян означает «подлинные».
 
Цезарь, современник Страбона, был первым из античных авторов, который настаивал на полном отличии кельтов (галлов) от германцев.
Однако Цезарь не привел никаких сведений о германском этногенезе. Географически для Цезаря Германия — это зарейнская область, на которой проживали 16 известных ему племен. Полководец приводит даже иерархию германского племенного мира, во главе которой он расположил свевов — самый многочисленный и могущественный этнос Германии. Первую в античной этногеографии классификацию, не зависящую от мифологии германских племен, дал Плиний Старший (23-79 гг. н. э.): 1) вандилии, частью состоящие из бургундионов, варинов, харинов, гутонов; 2) ингвеоны (кимвры, тевтоны, хавки); 3) иствеоны (сикамбры), ближе всех живущие к Рейну; 4) гермионы, проживающие внутри страны (свевы, гермундуры, хатты, херуски); 5) певкины и бастарны, граничащие с даками. Вне его классификации остались уже давно известные римлянам проживающие на территории провинции Белгика неметы, трибоны, вангионы, ряд племен устья Рейна (батавы, фризы и т.д.), убии, на земле которых римляне возведи один из важнейших центров рейнского левобережья — Colonia Agrippinesis (современный Кёльн).
 
Наиболее полно историко-этнографическую линию продолжил Тацит, посвятивший этой теме специальное сочинение «О происхождении и местожительстве германцев» (98 г.). Тацит первым точно очерчивает современное ему территориальное пространство Германии: к северу — от Рейна и Дуная до берегов Балтийского и Северного морей, на восток — от устья Рейна до Карпат. На основании древнегерманского фольклора он приводит германскую этногонию: Земля (Тегга) — Туистон (Tuisto) — Манн (Mannus). От трех сыновей Манна произошли три группы: ингевоны (Ingaevones), обитающие на севере; герминоны (Herminones), живущие внутри страны; истевоны (Istaevones) — все остальные. Согласно более древним преданиям, у Туистона было больше сыновей, давших начало племенам марсов, гамбривиев, свевов, вандилов. Тацитом делается однозначный вывод: «Германцы являются коренными жителями, совсем не смешанными с другими народами». Опираясь на эмпирический опыт прочих своих современников, Тацит объясняет антропологическую чистоту германцев отсутствием смешанных браков с соседними народами. В отличие от Страбона, Тацит утверждает, что совсем недавно возникший этноним «германцы» кельтского, а не римского происхождения: так галлы назвали пришельцев из-за Рейна, племя тунгров. Из страха перед завоевателями галлы впредь стали именовать германцами все зарейнское население, которое приняло это имя.

Начиная с Цезаря, этноним «германцы» прочно входит в терминологический оборот античной историографии, географии и этнографии. Античные авторы отмечали общие для всех германцев этнические черты: свободолюбие, свирепые нравы, светлые волосы и голубые глаза, легкость в смене места жительства, постоянные войны с соседями, перемежающиеся союзами с изъявлением покорности более сильным. Германцы стали рассматриваться в качестве такого же целого, как и греки, кельты, римляне. Речь идет, однако, о единстве скорее политическом, чем об этническом, поскольку Цезарь, Плиний, Тацит перечисляют наименования десятков отдельных племен, фиксируя отличия их обычаев и учреждений друг от друга. В надгробных надписях особого корпуса германских телохранителей императоров I в. н. э. всегда особо подчеркивается племенное происхождение гвардейца: убий, фриз или даже так: Валент, германец, батав по племени. Подобная самоидентификация позволяет говорить о том, что термин «германцы» отражает не единую этническую реальность, а восходящую к римлянам ученую и политическую конструкцию. В 59 г. до н.э. римский сенат именует главу свевско-гарудского племенного союза Ариовиста rex Germanorum даровав ему титул «правителя и друга», то есть политического союзника Рима. В I в. н.э., особенно после войн в приэльбском пространстве, не давших римлянам желаемых результатов, быть германцем становится почетно: например, треверы и нервии на галльском левобережье Рейна кичились перед соседями своим германским происхождением.

«Народы рождаются из языков, а не языки из народов», — утверждал знаменитый энциклопедист Исидор Севильский в своей «Этимологии». Согласно школе Гримма, у группы племен, обитавших на североморском и балтийском побережьях (от нижнего течения Везера до Вислы) в Ютландии, Шлезвиге, на юге Скандинавии около 500 г. до н.э. произошло «первое смещение согласных», отделившее их в языковом отношении от «вендов» (балты, славяне) и от «велшей» (кельты, римляне). Таким образом, можно с уверенностью говорить о том, что выделение прагерманцев из индоевропейского субстрата окончательно завершилось только к середине I тысячелетия до н. э. При этом процесс «огерманивания» продолжался еще достаточно долго, вплоть до позднего Средневековья. Пропагандируемое нацистами в 20-40-е гг. XX в. «арийское», т. е. индо-иранское происхождение немцев не более чем научный миф.